03 Январь 2013 | "Цирк "Олимп"+TV" №6 (39) | Просмотров: 3583 |

Стихи для "Цирка "Олимп"

Света Литвак

Подробнее об авторе

 

*

воздух, парящий облаком слитным

скрытый в парах зефира

воздух под вечер в сахарных бликах

в сахарных бликах ветра

 

воздух холодный, колкий на стрелке

с мёдом на стрелке острой

воздух как звонкий промельк ракетки

звонкой ракетки промах

 

воздух и ливень светлых колосьев

светлых полос и линий

воздух закатный, залитый воском

матовых белых лилий

 

*

Ещё горел огонь в камине,

И в горле слёзы клокотали,

А горя не было в помине,

Обида помнилась едва ли.

 

В неясном сумраке белело

Ещё тоскующее тело,

Отъединённое от мира

Колеблемой завесой дыма.

 

*

гитара бренчала, звенела посуда

пораньше, попозже – придётся прощаться

с вокзала, с причала уеду, забуду

ты ранишь – о, боже! – пусть бьётся на счастье

 

бренчала гитара, посуда звенела

попозже, пораньше прощаться придётся

с причала, с вокзала забуду, уеду

о, боже! – ты ранишь, на счастье пусть бьётся

 

звенела посуда, гитара бренчала

придётся прощаться пораньше, попозже

уеду, забуду с вокзала, с причала

пусть бьётся на счастье, ты ранишь – о, боже!

 

посуда звенела, бренчала гитара

прощаться придётся попозже, пораньше

забуду, уеду с причала, с вокзала

на счастье пусть бьётся – о, боже! – ты ранишь

 

*

Когда знаток подробностями бредит

Свирепый звук исследуя ремнём

Идёт в расход неистовая леди

Французский дым над шёлковым огнём

 

Чем круче завивает чуб гламура

Над веерным огнём турецкий дым

Ещё короче злится увертюра

Ещё острей глубокий край воды

 

Где давится огонь клубами дыма

Стряхнув с колёс английский грузовик

Растоптанный толпою в сердце Рима

Над площадью стихает главный крик

 

Кто заработал право на порядок

Достоин высшей пошлости льстеца

Над польским рядом образцовых грядок

Накроют тени листьев тень листа

 

*

пожухло палёным пожалуй запахло

потухло подобно сырому запалу

заглохнет засохнет – кожух-то в коросте

кустарник облезлый невысокорослый

 

душе утомлённой и тошно и душно

порывы её безнадёжно тщедушны

ночных покрывал очертания смутны

ручьи захудалы паршивы и мутны

 

закисли проказы копытец козлиных

в дырявых следах оползающей глины

продышится ветер гонцом одиноким

догнав чужака на болотной протоке

 

*

вот подходят ко мне

 мужики воровато

мы спросить бы хотели: вы тоже

такой?   Вот мы ходим сюда

мы родные             два брата

   вот вы кашляли давеча

     это так надо

вроде как для примера

                          или тоже больной

 

Чтобы лучше узнать, что

меня ожидает       я поспешно

       налил в три стакана 

 вино              мужики

      запрокинули два   и глотали

я попробовал тоже,

 но понял едва ли

 сколь прозрачно и 

             сколь ароматно оно

 

не скажите, они говорят, 

             не скажите

   вот вы кашляли давеча

                              вроде пустяк

      это вы нам на трезвую голову

 врите             а сейчас вот 

   опять «как сказать…» 

говорите       и опять

      получается что-то

не так

 

воскурить бы     пожалуй     

                 какую заразу

ты не куришь поди?   Воскури?

 воскурю…   затянулся дымком

и закашлялся сразу

             ну, пора нам в сельпо

   да,  пора нам на базу

вот… а ты говоришь  

    вот и я говорю            

 

*

на меня нашумело море

накричало, надуло в уши

шла оглохшая в его оре

по пропитанной солью суше

 

на горе озиралась лишней

сожалела о сущем вздоре

внутрь себя обращала мысли

и опять погружала в море

 

как избавиться ни старайся

от запретных приёмов пищи

сторонясь пароксизмов страсти

не уйти от захвата жизни

 

отряхну гребешки ракушек

мне прилипшие на запястье

грозный рокот всё дальше, глуше

не оглядывайся, мужайся

 

*

в кармане лавр, в штанине кактус

в рубахе пальмовый росток

февраль ползёт из Ялты к марту

лианами дорог

 

разделены Зелёным мысом

торчат ветвями над заливом

олива слева, справа слива

да хиппари под кипарисом

 

бежит Мисхор за Кореизом

волна за яблочным огрызком

почти догнал, затмив собою

платан секвойю

 

на солнце снег, под снегом Крым

ущелья в стельку, пляжи в дым

в очках бульвар, в кроссовках вьюга

причуды юга

 

*

в никопольской парикмахерской мальчик постригся под ноль;

в школе ковровская девочка длинной гордится косой

ей продавщица наполнит литровый бидон молоком;

мальчик воды газированной выпьет глоток за глотком

в лужах промочит сандалии, ливень в саду переждя;

юркнет ковровская девочка в дом до начала дождя

тайно раскроет тетрадочку, сладостный свой дневничок;

мальчик из города Никополя ранца защёлкнет замок

вытащит в сад из сарайчика старый затупленный плуг

встанет со вскинутым молотом, не выпуская из рук;

в Коврове городе девочка, в профиль чеканясь на герб

не упустив ни мгновения, вскинет заржавленный серп.

 

*

звук, абсолютно непрерывный

насквозь упругой гласной проткнут

вокруг него весь мир стихами соткан

о звуке, абсолютно непрерывном

 

для красоты такого звука

длинноту не прервавшего ни разу

до густоты весь мир замкнулся кругом

неощутимых мелких пауз

 

в единой гласной замкнутом пространстве

сплошной чертой, пропущенной сквозь губы

в неистощимом постоянстве

тянулся звук глухой и грубый

 

*

рябит лохмотьев пестрота

лохмат гнусавый сирота

 

тяжёл лежит жаровен чад

пустые чучела кричат

 

перед костром обжорой гнусь

моей рукой ощипан гусь

 

пырнут локтями толпы прут

хруст в челюстях терзает труп

 

записывай и шип и писк

песком и перьями скрипи

 

гнусавый сирота не в счёт

я гусю вторю, истощён

 

*

то и будет, но жаль мне сына

что останется сиротой

что-то грохнуло за переборкой

что-то тёмное за кормой

 

ну, сказал и сказал, забылось

а выходит, что всё сбылось

слышен голос: скажи на милость!

галлюцинация · началось

 

 

ПРОЩАЙ, ИКРИКИДЕВ!

 

поэма

 

Икрикидев смотрел на Лаприслоню

Она вела себя сегодня непристойно

И в то же время оставалась непреклонна

И своенравна, так же как всегда

В её зрачках мерцали тьмы и светы

В её уме артачились проблемы

В её движеньях скалились манеры

Причёской рисковала голова

Икрикидев! Прощай, Икрикидев!

Ты маленькой, едва в ней умещался

Неловко вероломно уязвлялся

Склоняя Лаприслоню нараспев.

 

О, Господи, как ветер неспокоен

Как беспощадно ранен в поле воин

Как судно накренилось от пробоин

Настолько одинок Икрикидев

В страдальческой улыбке рот скривился

Да нет, она не то, чтобы красива

Но я скажу тебе – какая сила

Что с ней не совладает человек

Икрикидев! Прощай, Икрикидев!

Как пчёлы к ночи заползают в улей

Как Лаприслоня вертится на стуле

Любимые прощаются навек.

 

Когда уедешь ты, она сейчас же

Разводы слёз помадами замажет

И брату своему такое скажет

Фигурой замаячит у окна

Ведь для неё, её сестёр и братьев

Дотошный выбор обуви и платья

Зависит от случайных обстоятельств

Законы моды им не сторожа

Икрикидев! Прощай, Икрикидев!

Не помогают происки и сыски

Напрасны твои шёпоты и крики

Стратег во сне беспомощен как лев.

 

Теперь прощай навек, Икрикидев!

Ничем отныне больше не рискуя

Он ждал, что ветер выметет и сдует

Следы её последних поцелуев

Губительных как поцелуи стерв

В такой непрезентабельной одёжке

В застёгнутой налево босоножке

В такой неподходящей обстановке

Вертя застёжку в форме буквы Ф

Икрикидев! Прощай, Икрикидев!

Никто его здесь больше не увидит

Она его, конечно, ненавидит

В проклятиях выплёскивая гнев.

 

Икрикидеву нужно было время

Дабы отвлечься от пустых полемик

Отвыкнуть от мистерий и истерик

Бессмысленных метаний и тревог

Ввести систему множества запретов

Дать энное количество обетов

Внять мудрости приятельских советов

Извлечь из происшедшего урок

Икрикидев! Прощай навек, дружок!

Пусть гребни волн тебе расчешут кудри

Ты весь извёлся в ожиданье бури

И, поражённый горем, изнемог.

 

А что твоя подруга Лаприслоня

Она застыла с чашей на балконе

Чуть мочит губы в жиденьком бульоне

А грудь её вздымает ураган

То пляшет угрожающе, как кобра

То, кажется, вот-вот проломит рёбра

То в штиле замирает словно мёртвый

Погибший от кровоточенья ран

Не возвращайся вновь, Икрикидев!

Хоть жизнь тебе покажется несносной

Изволь, держа себя в режиме жёстком

Писать так называемый роман.

 

Растерянный слезливый графоман

Размазанный на грязно сером фоне

Измученный любовью к Лаприслоне

Изгнанником на палубе стоял

Старавшийся быть честным и хорошим

Своей душой в чужое сердце вросшим

В мгновенье ока выброшен и сброшен

В плюющийся отравой океан

Икрикидев! Прощай, Икрикидев!

Тебе уже не выбраться отсюда

Не вырваться из вечности покуда

За валом вал несёт за валом вал.

 

Так вот она – реальная свобода

Такая поэтическая льгота

То бишь, литературная работа

Исполненная к сроку на заказ

Поэтому Пьеро в костюме панка

Метнулся за борт в маске акваланга

А к ужину в каюту капитана

Был подан маринованный омар

Икрикидев! Прощай, Икрикидев!

Как жаль, что очевидцев было мало

Всю эту ночь штормило и швыряло

И проклинал изжогу капитан.

 

 

послесловие

 

Вдали растаял парусник, и вот

Твоя непоправимая ошибка

Мелькнувшая хвостом в пучине зыбкой

Ушла на дно, сокрылась в глуби вод

Неверно истолкованная жертва

Для Лаприслони нет Икрикидева

В зеркальную оправу смотрит слепо

Прикрыв ладонью пухнущий живот

Икрикидев! Прощай, Икрикидев!

Пришёл предел изнеможённой плоти

Любовь тебя обратно не воротит

Не возвратят мольбы и крики дев

Комментарии

Как оставить комментарий?

Как оставить комментарий?

Для того, чтобы оставить комментарий к статьям на нашем сайте,
Вам не нужно регистрироваться!
Просто напишите свой отзыв, укажите имя или ник и действующий адрес электронной почты (он нужен только для модератора и не отображается на сайте).
Ваш комментарий появится в ближайшее время после проверки модератором.
Заранее благодарим за оставленный отзыв!

close resize
 
Поэтическая серия"Цирк "Олимп"+TV"
Поиск по сайту
ЦИРК «ОЛИМП»
№1 (1995) - № 33 (1998)
Новости
2 Ноябрь 2017
«Цирк «Олимп»+ТВ», Радио «Эхо Москвы» в Самаре и информационное агентство «Засекин» представляют вторую литературную контекстную акцию из цикла «Поэзия в поддержку прямоговорящих» - «Накануне революции: 1917 – 2017».
13 Апрель 2017
Информационное агентство «Засекин», «Цирк «Олимп»+ТВ» и Радио «Эхо Москвы» в Самаре 14 апреля 2017 года с 19:30 по московскому времени представляют литературную благотворительную акцию «Вкус времени: поэзия в поддержку прямоговорящих».
19 Февраль 2017
Выдающемуся русскому поэту, эссеисту, публицисту, гражданину и человеку Льву Рубинштейну 19 февраля 2017 года исполнилось 70 лет!